СМИ о нас

05 октября 2015

Он-лайн проект «Яблочный Сок»

Жизнь — это марафон в темноте

tolkacheva-yuliya_foto-1

Темы поиска себя в профессиональной, творческой сфере, переосмысление своего пути, открытие собственных талантов и ресурсов – все это занимает меня как психолога и коуча уже много лет. Об этом я пишу статьи и делаю интервью с интересными людьми.

И вот я снова на встрече. Передо мной девушка Юля. Она рассказывает о своем жизненном пути, о поисках Предназначения. О том, что по образованию она реабилитолог, работала фитнес-тренером, пробовала себя и в сфере недвижимости. А еще о творчестве, оно в ее жизни так или иначе присутствует всегда. Юля играла в театре и закончила курсы ди-джеев, играет на саксофоне и фотографирует. Все это Юля рассказывает скромно, как о само собой разумеющихся вещах.

А между тем передо мной сидит мастер спорта международного класса по карате, чемпионка мира, лучший персональный тренер года (премия Personal Trainer Awards 2010), дипломированный специалист по спорту и физической реабилитации. Юле всего 33, а ее титулы и достижения можно перечислять долго, и они не умещаются в обычную человеческую жизнь. Юля бегает марафоны и является финишером гонки 70.3IRONMAN. И, пожалуй, еще одно, но далеко не последнее и, возможно, самое важное сейчас – Юля международный сертифицированный тренер по спорту для людей с ограниченными возможностями «Blaze Sports America», инициатор и вдохновитель социального проекта «Марафон в темноте».

– Юля, расскажи, как спорт вошел в твою жизнь?

– Я начала заниматься спортом у мамы в животе, – улыбается Юля. – Мой отец спортсмен, занимался профессионально лыжами, велогонками и биатлоном. В какой-то момент он увлекся карате. Отец и стал моим тренером. Помню, в 4–5 лет я впервые увидела на кассетах фильмы про боевые искусства Шаолиня, тогда был бум на такое кино. Я смотрела как завороженная и хотела научиться также «летать». Папа рассказывал, что я с детства была хваткой, любила забираться на турник, лазить по деревьям, видимо, это было в крови. Но я бы пошла в спорт вне зависимости от отца. Большое спасибо родителям, они никогда и ни в чем не навязывали мне своих решений, давали свободу и поддерживали.

– Когда ты начала тренироваться с отцом?

– Я училась в 1 классе, когда папа открыл секцию карате в школе и позвал меня. С первых же тренировок случилась бешеная любовь. Помню, мы сами шили кимоно, пояса, делали макивары и лапы, тогда еще ничего не продавалось. В начале мне было непросто, гибкости не было никакой, пришлось много над этим работать. Потом родители развелись, и мы с мамой уехали на Дальний Восток, в город Советская Гавань. Там я нашла секцию и продолжила занятия. По правилам той школы до 16 лет нельзя было участвовать в спаррингах, но я упорно напрашивалась на бой к моим сенсеям, и меня периодически побивали.

– Как складывались твои отношения с отцом как с тренером?

– Я вернулась в Москву после 9 класса, был 1997 год. У меня был уже коричневый пояс, и я снова пришла заниматься в секцию к отцу. Стыдно вспомнить, но на первой же тренировке меня побили белые пояса. Я поплакала и, поняв, что придется начинать все с начала, выбросила свой коричневый пояс. Начались активные тренировки. В том же году папа начал вывозить нас на сборы в Крым. Целый месяц испытаний и тренировок в горах. Было невероятно тяжело, и даже не физически, а психологически. Надо сказать, что папа всегда разделял позицию тренера и отца. Он говорил, что когда мы в зале, он мой тренер, и потому требовал называть его Александр Анатольевич. Спрос был серьезным. А вне зала он – отец. Отец всегда учил владеть своим телом и уметь отключаться от боли. На сборах в Крыму мы босиком тренировались на поляне, где росла трава с колючками, и спарринги проходили на ней же. Боль была невероятная, но надо было терпеть.

Юля со своими учениками из Школы бега и незрячими спортсменами проекта «Марафон в темноте»

– Как вы с папой готовились к чемпионату мира?

– Произошло все стремительно, буквально за один год. И, честно говоря, цели такой изначально не было. Мне исполнилось 18, я перешла во взрослую категорию. В тот же год прошел первый чемпионат мира по киокушинкай в Москве. Помню, отец показывал мне видео-записи с этих соревнований и предложил поучаствовать в чемпионате Москвы. В первом же бое против меня вышла 2-кратная чемпионка Европы. От страха я забыла снять ботинки, когда шла на татами. Но отец всегда верил в меня как в спортсменку, морально поддерживал, часто говорил мне, что на тренировках я выгляжу гораздо сильнее всех своих соперниц. А я верила ему, и пошла на бой. После чемпионата Москвы папа спросил: «Может, на Россию теперь попробуем?» И вот на этом «а давай попробуем» мы добрались до чемпионата мира.

– Юля, ты на вид совсем некрупная, в какой весовой категории ты выступала?

– В карате всего две женских категории: до 60 килограмм и после 60. То есть ты можешь весить 61 кг, а с тобой выйдет соперница под 100. Мы с отцом долго думали и все-таки решили выступать в тяжах. Ставить меня в легковесы не выгодно: я маленького роста, у меня короткие ноги и руки. А спортсмены в категории до 60 кг обычно худые и длинные. Выступать в тяжах гораздо сложнее, но и более солидно. Отец знал мои сильные стороны: высокая выносливость, закаленное тело и умение терпеть любую боль. А к тому времени у меня уже была и хорошая растяжка, я могла быстро и сильно бить удары ногами в голову. Поэтому мы выбрали категорию свыше 60 кг. Тактика была изматывать соперниц, а потом делать решающий удар в голову. Ужас, какие страшные вещи я сейчас говорю! – спохватывается Юля. – Сейчас я бы этим уже ни за что не занялась! Не смотря на всю жестокость, мы с девочками всегда после боя в раздевалке подходили друг к другу, просили прощения, обнимались.

– У тебя случилась серьезная травма позвоночника на показательных выступлениях. Стали отказывать ноги. Как ты восстановилась?

– (Юля опускает глаза, делает паузу. Жизнерадостный рассказчик уходит в тень, и она начинает говорить непривычно серьезно и быстро, как будто хочет побыстрее «проскочить» этот вопрос). Мне ставили разные диагнозы. Уже позже я узнала, что на самом деле это был микроразрыв спинного мозга. Конечно, это был шок. Мне всего 18, у меня классная активная жизнь. Столько планов! Сложно описать это состояние… Внутренняя истерика: «Как так? Почему именно со мной? Это какая-то несправедливость!» Приспособиться к новому неподвижному состоянию?
Я не хотела даже рассматривать такой вариант.
Врачи, обследования, лекарства – все это было, понятно. При этом мне становилось только хуже. На весах лежало слишком многое – моя собственная жизнь. Самое важное, это я осознала уже потом, начать честный разговор с самой собой. Все ответы и силу можно найти только в себе. И, да, есть что-то более сложное, чем просто тело. Только мы сами принимаем решение по поводу себя и своей жизни, а тело реагирует на принятое решение. Я отказалась от рискованной операции, от таблеток. Нашла специалиста, который стал со мной заниматься: подобрал тибетские асаны, мы делали медитацию, аутотренинг. Во время упражнений я плакала, часто теряла сознание. Но для себя приняла решение: будет результат или нет, я должна заниматься каждый день, во что бы то ни стало. Просто просыпаться и заниматься каждый день. Постепенно чувствительность стала возвращаться. В парке Сокольники есть памятная лавочка. Держась за нее, я начала ходить…

– Расскажи, как складывалась твоя карьера фитнес-тренера?

– До травмы я как раз подала документы в элитный клуб World Class Романов Двор. Прошло несколько месяцев, я только-только начала ходить, как мне позвонили и пригласили на обучение. Я прошла полностью теоретическую подготовку, ходила на все занятия, сдала практический экзамен. Мне тогда очень хотелось получить эту работу. Оставалось сдать экзамен физической подготовки, тест Купера, бег… Ну и, конечно, меня прямо с экзамена увезли на скорой. Пришлось рассказать о своей травме, о том, что я только начинаю восстанавливаться. Мы договорились, что меня возьмут в клуб на работу, но я должна через год пересдать экзамен. Пять лет я работала в World Class, потом поняла, что расти больше некуда. Тренерская работа и общение с людьми мне нравились, но жесткое расписание, графики, дежурства в клубе – все это не мое. Такой формат работы не позволяет мне расти профессионально как тренеру. Потом был перерыв, я какое-то время не работала. Занималась творчеством, ходила на тренинги личностного роста. Через какое-то время меня снова позвали, теперь в Планету Фитнес. Я решила сделать еще одну попытку, но через пару лет сбежала, поняв, что просто задыхаюсь. Рамки – это не про меня.
Формат фитнес-клубов исчерпал себя: я не могла работать качественно, мне было откровенно скучно. Я так люблю спорт! Но что дальше? Если не фитнес, то что это должно быть? Уже позже стало приходить понимание, что тренер это в первую очередь психолог, постепенно формировалась собственная система фитнес-коучинга. Я стала перекладывать спорт и тренировки на жизнь. Спорт для бизнеса, спорт для успеха, спорт для качественной жизни. Когда я работаю в таком ключе с клиентами, я вижу, как они меняются: походка, голос, осанка, взгляд.

– С какими запросами к тебе приходят? И с какими тебе по-настоящему интересно работать как тренеру?

– С самыми разными: от похудеть до подготовиться к марафону, от построения тела до реабилитации. Цели у многих могут звучать похоже, но путь, которым пройдет в итоге человек, уникален. Поэтому каждый раз интересно работать с новым клиентом. Сейчас еще эпидемия бега, многие бегают неправильно, начинаются проблемы со здоровьем, рано или поздно такие люди попадают и ко мне. С ними нужно многое менять и в системе тренировок, и в отношении к бегу.
Для меня, как для тренера, самый серьезный вызов представляют две категории запросов: это люди с заболеваниями (будь то диабет, грыжа или астма), серьезными перенесенными травмами спины, ног, люди с ограниченными возможностями, с дцп. В таких случаях я могу применить свое образование реабилитолога, опыт собственной травмы и восстановления. Здесь можно видеть результат буквально каждый день. И отдача от человека совсем другая, потому что этот результат ему жизненно необходим.
Второй тип запросов – это большие вызовы себе. Подготовка к марафонам, к гонке IRONMAN. Здесь важно, что я сама все это прошла. И понимаю не только с точки зрения тела, но и с точки зрения психологии, что люди испытывают и как их поддержать оптимальным образом в процессе подготовки. Это мощная работа, в ней много энергии и драйва.

– Зачем ты с травмированной спиной побежала марафон?

– Тот самый большой вызов себе, испытание тела и духа. Я понимала, что ноги и спина могут не выдержать длительного бега. Гонка была осенью 2010. Было реально тяжело: на 25 км стала отниматься одна нога, потом вторая. Не зря говорят, что марафон начинается после 37 км. Последние 5 км – самые сложные. Я видела, что люди стали сходить с дистанции. А у меня внутри начался внутренний диалог: «Ты и так молодец, с травмированной спиной пробежала 37 км, давай, остановись, уже хватит». А с другой стороны: «Я ведь обещала ученикам, что добегу, они ждут меня на финише. Как я буду выглядеть? Что они подумают? Я же сама учу их не сдаваться».
Ожидание внешней оценки от учеников сработало в тот первый марафон. Я приняла решение добежать. На последних километрах случился удивительный опыт: было ощущение, что какая-то субстанция из меня вылетела, летит рядом и управляет моим телом. Такого ощущения во время карате не было никогда, хотя там тоже все было на пределе возможностей. А после финиша ноги выключились. Друзья отвезли меня сразу в баню, начали массировать и отпаривать. Недели 3 потом я ходила с трудом. Поклялась себе никогда больше не делать этого.

Через какое-то время начало отпускать. Я стала вспоминать людей, добежавших до финиша со счастливыми лицами. Что эти люди делали иначе, чем я? Возможно ли пробежать марафон легко? В 2013 году я пробежала второй марафон, улучшив время на 20 минут. И мне было радостно. Мы еще потом с друзьями по Москве полдня гуляли, и я чувствовала себя отлично.
Я поняла, что в марафоне очень много про дисциплину. Четко выдержать полугодовой план тренировок – это вызов характеру и силе воли. Приходится изо дня в день делать монотонные вещи: соблюдать режим, набегать определенные объемы в неделю. А так часто хочется заняться другим, полежать отдохнуть, сходить в кино. Совмещать работу тренера и спортивную деятельность очень непросто. Но это жесткое правило во всех циклических видах спорта. Перекладываем его на жизнь – это и есть умение терпеливо двигаться к долгосрочным целям. В сентябре этого года я побегу снова, но уже в паре с незрячим молодым человеком, как его лидер.

– А Ironman – тоже был большой вызов себе?

– Да. Года 2 назад я подумала, что было бы интересно пройти эту гонку. Но огромная проблема заключалась в том, что я панически боялась воды. Пришлось работать над этим. Начала учиться плавать. Я сменила двух тренеров, каждый поход в бассейн был настоящей каторгой. И вот третий тренер на первой же тренировке говорит: «Да ты боишься воды». Я стала отрицать, как же так, признаться, что я боюсь. А он: «Нет, ты боишься, я вижу. Ты не сможешь плавать, пока не полюбишь воду». И это оказалось правдой. Я не любила воду, я ее боялась, я соревновалась с ней, била по воде руками и ногами, как будто я на татами. И когда я это осознала, наступил переломный момент. Любовь с водой случилась.

– Как ты решила заняться спортивной благотворительностью?

– Как-то я побывала в Москве на семинаре, который проводила американская организация в преддверии паралимпийских игр. Увидела, как там устроены спортклубы: они доступны абсолютно для всех. Какие бы физические ограничения у человека ни были, он может ходить в спортивный клуб, есть тренеры, которые могут и готовы работать с такими людьми, тренировать в любых доступных им видах спорта. В это же время я увидела ролик на youtube: гонка Ironman в паре, где один незрячий. Так и пришла идея «Марафона в темноте». Саша Меньшиков из Омска стал нашим первым и остается самым любимым незрячим спортсменом. Подготовка с ним идет уже 2 года. 20 сентября мы побежим марафон на 42 км. Когда началась история с Сашей в конце 2013 года, наши с ним тренировки и первые успехи на забегах, все это вызвало большой резонанс. В результате мы открыли летом 2014 года занятия в Москве для слабовидящих и тотальников. Мне хочется, чтобы все увидели проблему, обратили внимание на таких людей. Они тоже хотят заниматься спортом, для них это важно и жизненно необходимо. С незрячими можно и нужно быть вместе, их не надо бояться.

– Какую роль в твоей жизни сыграло карате? И спорт вообще?

– Я всегда занималась карате с позиции искусства и философии, а не спорта. Стиль киокушинкай агрессивен, но при этом отец всегда учил не применять это в жизни, только для самообороны себя и близких. И такие случаи у меня происходили дважды. Только благодаря карате я спасла себе жизнь, а во втором случае – и маме. Отец же давал тренировку духа прежде всего. Все, кто выходил из его школы настоящие личности, много добившиеся и в жизни, и в спорте. Порядочность, смелость, честность – папа воспитывал в первую очередь именно эти качества. Опыт в спорте, и особенно травма, многое мне дали. Прежде всего осознание того, что ты можешь управлять своим телом.

– Какие у тебя сейчас отношения с папой?

– Года 2 назад он открыл мне свой секрет. Отец был так жесток и «мучил» меня на тренировках, потому что хотел, чтобы я ушла из этого агрессивного спорта, этот спорт не для девочки. Он думал, что «дожмет» меня, испугает, я не выдержу и уйду совсем. А я не уходила, только крепла. Папа сказал, что сейчас по-другому бы строил отношения и со мной, и с другими ученицами. У него всегда был принцип «выживешь – хорошо». Для парней это нормально, для девочки – не всегда. Это мешает быть женщиной здесь и сейчас. Мне потом пришлось много над собой работать в этом смысле.

– Юля, как найти свое Предназначение? Есть какой-то секрет?

– Я верю, что у каждого человека свой Путь, в котором он счастлив. Кто-то уже был на этом пути, но сошел и забыл про него. Кто-то еще не вышел на него. Но события, люди, сама жизнь рано или поздно приведут именно на ваш путь. В моем случае жизнь заставляла меня отойти в сторону и не один раз, чтобы взять паузу, посмотреть на все со стороны и убедиться, что спорт, тренерская работа и есть по-настоящему мое.

13350424_910851585710794_6642534095023434924_o

В сентябре, пока готовился этот материал, подопечные Юли заняли первое место в командном зачете на Чемпионате России по триатлону в Сочи.

Ссылка на СМИ источник здесь. www.yasok.ru


25 апреля 2014

Проект «Жить интересно»

Как спортивные успехи трансформировать в жизненные

Елена Асанова
Руководитель блога-клуба «Знаки в пути» — для тех, кто свободно передвигается по миру, живет, работает, учится за рубежом, любит приобретать новый опыт в путешествиях и делиться им с другими.

Рассуждения на тему, как спорт меняет жизнь, закаляет характер, долго оставались для меня просто рассуждениями.

От спортсменов я шарахалась, они были слишком «заточенными» на спорт и ничего более. В среде привычных для себя менеджеров-предпринимателей и прочих белых воротничков явных подтверждений этому тезису не видела. До тех пор пока не познакомилась с Юлей Толкачёвой. Она единственная сумела показать и доказать это утверждение для меня. Утверждение, которое в моей голове потихоньку начинает превращаться в аксиому. Но я точно знаю, что вокруг меня еще очень много людей, для которых это пока просто слова. Именно для них — наша подборка историй.

Юлия Толкачёва. Персональный фитнес-коуч. Чемпионка мира, мастер cпорта международного класса по карате. Специалист по физической реабилитации.

Юля: история о себе

Спортсменкой я была с детства, еще у мамы в животе, поэтому образ жизни, связанный с постоянными тренировками, преодолением себя, беспрекословным подчинением тренеру — абсолютно привычен для меня. К 18 годам я уже была чемпионкой мира по карате, училась в Академии Физической Культуры на специальности «физическая реабилитация» и готовилась защищать диплом.

В 2004 году на показательных выступлениях по карате со мной произошел несчастный случай. Мы показывали технику тамэсивари (ломание о тело деревянных шестов порядка 7-8 см в диаметре) — я стояла в специальной стойке, а мой партнер ломал о меня двухметровый шест в различных позициях. Здесь есть тонкость: шест нужно направлять сквозь тело, очень мощно, доверяя партнеру в том, что он сумеет принять правильное положение, собрать энергию духа и тела так, что шест сломается, а не повредит ему. Когда напарник нанес удары шестом по ногам и рукам, все прошло хорошо; а вот шест, удар которым пришелся по мышцам спины, оказался бракованным, да и партнер в последний момент испугался и замедлил движение удара. В итоге, с сильным сотрясением и надрывом позвоночника меня увезли на скорой. Случайности, к сожалению, происходят как в спорте, так и в жизни.

Вскоре после травмы у меня начали отказывать ноги. Сначала я не смогла вставать на одну, потом на другую. Меня возили по разным клиникам, обследовали, назначили мешок лекарств. Я выполняла все рекомендации, но лучше не становилось. Боли были сильные, я валялась дома и все сильнее увязала в отчаянии. Ну, представьте ситуацию: молодая девушка, только-только спорт пошел, я стала чемпионкой мира, занялась капоэйрой, впереди защита диплома и сдача «госов», личная жизнь, и тут — бац — ты не ходишь. И тебя все время как на волнах качает: ты то уверена, что все будет хорошо; то врачи начинают осторожно говорить, что, возможно, ты никогда уже не встанешь на ноги, и вера исчезает. В эти моменты жалость к себе просто зашкаливает. Периоды отчаяния становятся все длиннее и сильнее, и ты можешь начать с этим мириться. А если смирился — то проиграл. Без вариантов.

И тогда я сказала себе, что так жить нельзя, что я просто обязана встать на ноги ради моего будущего. Я начала регулярно упражняться. Нашла прекрасного травматолога, который дал мне комплекс древних йоговских упражнений для восстановления позвоночника, перестала пить все эти жуткие лекарства, несмотря на боль, принимала только витамины и органические добавки. Конечно, много не получалось, в некоторых асанах я через пару секунд теряла сознание; какие-то движения не давались вовсе. Временами у меня были ужасные истерики. Но в какой-то момент желание жить нормальной жизнью стало больше, чем мое тело.

Не важно, будут результаты или нет, но вот так, как сейчас, я жить не могу, поэтому я буду просто упражняться и верить. Думаю, все, кто оказывались в такой ситуации, в определенный момент должны были принять решение: и именно от него зависит, что ты будешь делать потом каждый день, как ты будешь это делать, с каким намерением и какие получишь результаты. На самом деле, это даже не правило выздоравливания, это правило жизни. И после того, как я заставила себя безоговорочно поверить в лучшее, приняла решение и начала заниматься, за 3 месяца я встала на ноги и начала ходить.

Что интересно: прямо перед травмой я отправила свое резюме в World Class, так как хотела работать в элитной фитнес-компании, решать интересные задачи и пополнять свой тренерский опыт. И как раз в августе, когда я начала вставать на ноги и ходить, они объявили кастинг тренеров по всей России для клубов Москвы. Из семидесяти претендентов отбирали только семь, причем всего троих (только мальчиков) — в престижный, только открывающийся клуб «Романов Двор». Я настолько хорошо провела показательные индивидуальные тренировки и сдала теорию, что меня вместо мальчика собирались брать в «Романов Двор». Но с небольшим условием — сдать необходимые физические нормативы. А я же не говорила, что у меня травма. В итоге, прямо с экзамена по общей физической подготовке меня на скорой увезли из клуба. Мне пришлось во всем признаться, рассказать о своем восстановлении и пообещать, что через год я все нормативы сдам, если они меня возьмут. Они поверили и взяли. Через год я все сдала.

После этой травмы я по-другому стала относиться к возможностям своего организма и такому понятию как «сила намерения». Я на ежечасном, ежедневном опыте прочувствовала, что значит верить в то, чего в принципе нет и не факт, что это будет.

Самое сложное — поселить у себя в голове, душе и сердце дикой силы намерение, что ты должен встать на ноги. И продолжать в это верить, даже если у тебя нет никаких реальных доказательств эффективности предпринимаемых тобою действий. День за днем ничего не менялось, порой становилось даже хуже, но если я внутри себя все равно выбирала «верить», то эти временные спады в самочувствии проживались по-другому. Конечно, до травмы я уже была чемпионкой мира и знала, насколько велики возможности тела, но именно этот опыт реально показал мне, что они безграничны, что разум может заставить тело сделать все, что хочешь, и быть таким, как ты хочешь. Воля разума существует, ее можно тренировать и улучшать. Ведь я всего за год смогла подготовиться к серьезному спортивному тесту Купера, когда нужно за 12 минут пробежать 2,3 км, а мне вначале и ходить-то было больно. Но я не жалею ни о чем. Наверное, это испытание было мне нужно.

За время восстановления я протестировала сотню различных упражнений для укрепления спины и ног и сформировала собственный реабилитационный комплекс для восстановления позвоночника. Моя теоретическая институтская база превратилась в ценнейший практический опыт. Сейчас я даже благодарна за то, что со мной произошло, поскольку, работая с людьми, точно знаю, какие сомнения и трудности они испытывают, могу их поддержать в стремлении к своим целям, поскольку все реально.

Кирилл: спорт и трансформация личности

У меня занимаются разные люди, но это, наверное, одна из самых показательных историй о том, как посредством занятий спортом можно развить в себе необходимые для успешной и счастливой жизни качества характера. Как перейти от теории к действиям. Как развить в себе силу воли, уверенность в себе, дисциплину, настойчивость и терпение.

Кирилл не производил впечатления: щупленький, с горбатой спиной, животиком, с плохим зрением — обычный офисный труженик. Пришел он без большого запроса, так, за компанию с ребятами. Основная цель была — укрепить спину, да и вообще попробовать, что такое спорт, так как он никогда раньше ничем не занимался. Я разработала программу, которая включала в себя все, от упражнений до питания и режима. Поначалу просто укрепляли мышцы, связки и сухожилия, тренировали сердце и сосуды, восстанавливали спину. А как окреп, начали переходить к серьезным силовым нагрузкам. Где-то через 3 месяца регулярных занятий он начал испытывать кайф от того, что чувствовал свое тело и мог управлять им, что оно обрело форму. А через 2 года занятий его было не узнать: мы вылечили все болячки, выпрямили спину, зрение стабилизировалось, тело обрело красивый мужской рельеф. Но самое главное — занятия оказали на него сильное влияние как на личность. Именно спорт помог ему почувствовать себя настоящим мужчиной, создателем, ощутить ответственность за свою жизнь.

Я давно заметила, что спорт неожиданным образом помогает лучше понять самого себя. Например, Кирилл в процессе занятий много рассказывал о своей работе в IT-сфере, о том, что она его уже не вдохновляет, что он хотел бы большего и может достичь большего, но он ленится, не верит и нет какой-то сильной мотивации. И потихоньку, разговаривая, мы стали нащупывать направление, в котором ему было бы интересно развиваться. А поскольку спорт параллельно развивал в нем и личностные качества, то ему было несложно начать воплощать свое видение в жизнь.

Вначале он был очень не уверен в себе, не верил, что будет интересен девушкам, что стоит выдвигать какие-то предложения на работе и его будут слушать. Кирилл в начале и в конце работы — это два разных человека. С другой осанкой, походкой, взглядом, интонациями. Он стал по-другому говорить о своих целях, стал верить в то, что может что-то создать. В итоге он начал собственный бизнес в IT-сфере и сейчас процветает. Женился, родил двоих детей и по-прежнему фанат спорта. Как сказал сам Кирилл, «если бы я не попробовал окунуться в спорт, я вообще, возможно, не смог бы достичь успеха за такой короткий срок, как в профессиональной, так и в личной жизни».

Юрий: марафон 42 км за полгода

Спорт — это не только воспитание себя. Это еще и реализация своих спортивных амбиций. Многим в процессе построения карьеры или бизнеса не до спорта, и вообще ни до чего. Вот когда они добиваются успеха в профессиональной области, появляется немного времени для себя, для того, чтобы заняться тем, что они давно откладывали. Кто-то занимается бегом, кто-то плаванием или экзотическими видами спорта, кто-то решается на триатлон. В бизнесе для таких людей еще есть, конечно, вызовы, но они понятны и довольно предсказуемы, а им хочется ставить перед собой новые планки, причем такие, до которых трудно тянуться. Спорт дает им такие возможности. Здесь есть люди, которые могут гораздо больше, чем они, и тогда у них появляется и азарт, и желание победить, стать чемпионом и в этой сфере. Чемпионами, они, может, и не становятся, но серьезных результатов, достойных восхищения, часто добиваются.

Для таких людей спорт — это та область, где нужно опять преодолевать себя, шагать за грань невозможного, с каждым новым мини-результатом бросать себе новый вызов. Что удивительно: многие мои клиенты жалуются на ощущение некоего «потолка» в бизнесе или карьере. Но через некоторое время после того, как они начинают заниматься спортом, чувствуют вкус новых достижений, они неожиданно пробивают этот потолок, выходят на новый уровень в своем деле. Это взаимосвязанные вещи, которые работают и на физическом уровне, и на уровне психоэмоциональных реакций. Никакой опыт не отделим от эмоций и физических реакций. Проживая через тело спортивные успехи, напряжение, сверхусилия и победы, человек запоминает эти ощущения. Он может их воспроизводить и в других ситуациях, не связанных со спортом.

Могу проиллюстрировать это утверждение историей Юрия, который давно мечтал бегать марафоны, но все никак не мог найти время на подготовку к ним, начинал пару раз тренироваться, но бросал. В качестве планки он поставил себе подготовку к марафону в Хельсинки за полгода. Он был в неплохой форме, в основном, благодаря генетике и худощавому телосложению, но испытывал проблемы с коленями и спиной.

Самое важное в моей работе — это завоевать доверие человека, который к тебе обратился. А для него, безусловно, самое сложное — это начать безоговорочно доверять тренеру. У того же Юрия уже был негативный опыт работы с тренерами, закончившийся воспалением коленных суставов и перегрузкой спины в результате неправильной техники бега и планирования нагрузок. И ему пришлось учиться доверять мне как тренеру и как партнеру, а это, кстати, очень важный навык в жизни и бизнесе. Если вы сделали выбор в пользу какого-то человека, нужно уметь построить с ним партнерские отношения, нужно научиться доверять и иногда идти вслепую, полагаясь только на партнера. Причем, я не занималась с ним индивидуальными тренировками. Просто провела консультацию, расписала программу и была все время на связи — он отчитывался мне о своих результатах, консультировался, если возникали вопросы. Я считаю, что первые шаги нужно делать с помощью профессионала, чтобы он сделал вам все правильно, а дальше, если хватит воли и упорства, вполне можно идти самому, консультируясь при необходимости.

В общем, марафон он пробежал, и пробежал легко. Но результат он получил не только в спорте, поменялся сам подход к жизни. Его характер и тот образ жизни, что он вел прежде, не могли привести его туда, куда звали амбиции. А амбиции у него были серьезные. У него уже были хорошие результаты в бизнесе, но, как он сам признавался, они дались ему легко, а значительных усилий он делать не привык. А вот уже для следующего рывка в бизнесе требовались именно усилия и совсем другие личностные качества. Подготовка к марафону помогла ему воспитать в себе дисциплину, терпение и смелость выходить за зону комфорта. Каждый день я делаю то, что я запланировал. А зачем я это делаю? Для того, чтобы в итоге достичь того, чего очень хочу, и если я этого делать не буду, я к своей мечте не приду. Конечно, ему было очень трудно. В процессе подготовки он срывался, пропускал тренировки, не выдерживал режим, не делал какие-то важные упражнения. Но вновь возвращался и брался за дело. Я думаю, здесь важную роль сыграла поддержка: когда ты один, справиться со срывами трудно. Когда за тобой стоит тренер-партнер или партнер по спорту, ты уже не один, тебе нельзя их подвести, они на тебя рассчитывают, идут к цели вместе с тобой.

И еще важная вещь: спорт учит преодолевать свои страхи. Страх пробежать еще 100 м — а вдруг колени заболят? Страх провести еще серию подходов — а вдруг спина не выдержит? Это неправильная любовь и трепет по отношению к себе. Безусловно, программа тренировок должна быть подобрана индивидуально, с учетом всех особенностей организма. И если ты будешь доверять этой программе и научишься преодолевать такие приступы опеки своего тела, только тогда ты сможешь удивиться тем результатам, которые твое тело может выдать.

Как отметил сам Юра: «После активных занятий я стал успевать в 10 раз больше, чем делал до этого: прибавились силы и энергия, стал более четко организовывать свой день. И еще стал увереннее рисковать: идти туда, где некомфортно, правильно оценивать свои силы и добиваться результатов».

Александр: марафон в темноте

Идея проекта «Марафон в темноте» возникла после посещения семинара, который проводила международная ассоциация Blaze Sport, курирующая параолимпийский спорт во всем мире. Они показывали видеозаписи того, как организованы поддержка и занятия спортом для людей с ограниченными возможностями за рубежом, как оборудованы залы, какие соревнования проводятся. И меня это зацепило. Стала думать, что я, как тренер, могу сделать, чтобы такие же вещи стали реальностью в нашей стране? Как-то, смотря американский Ironman, я наткнулась на репортаж о тандеме двух спортсменов: зрячего и незрячего, которые сумели пройти все испытания и финишировать. А это, на минуточку, 3800 м плавания в открытой воде, 180 км веломарафона и 42 км бега, и все без остановки на отдых. Журналист показывал их историю как бы изнутри, с точки зрения личности: что чувствовал зрячий партнер, что — незрячий, с какими проблемами они оба сталкивались, как они с ними справлялись, как невозможно было сдаться, если партнер так вкладывается в результат, и как эти соревнования изменили их жизнь.

Я подумала, что я тоже, как тренер, могу взять обычного слепого парня, который мечтает пробежать классический марафон 42 км, и подготовить его с нуля к марафону. Написала об этом пост в соцсетях. Этот пост увидела и распространила по своим подписчикам компания «Диалог в темноте», которая работает с незрячими людьми. И мне позвонил Саша. Конечно, я искала партнера в Москве, а он оказался в Омске, но не отказывать же из-за этого парню :)

Самым важным для меня было, чтобы для Саши марафон был мечтой, чтобы у него была сильная мотивация, и он не спасовал перед трудностями. Я уверена, что найду способы, как поддержать и довести до финала, но для него это должно быть так же важно, как и для меня. Наверное, нас Вселенная соединила. У него эта мечта зародилась еще в 2005 году, и он везде искал себе тренера. Искал в Омске, обращался в Параолимпийский комитет, даже в обычные клубы, но от него все отмахивались, мол, что за блажь. Он перестал искать, уже почти смирился, и вдруг совершенно случайно — мое письмо.

Мы обо всем договорились по телефону, и в декабре 2013 года он первый раз приехал в Москву. Мы прошли все необходимые тесты, все врачи в физкультурном диспансере, включая окулиста, дали нам допуск к занятиям. Приобрели экипировку, начали первые тренировки. Но главной сложностью стали не организационные трудности, а психологические. У человека, особенно если он инвалид с детства, особая психология и особые отношения с окружающим миром. Простые и очевидные для меня вещи для него были чем-то из ряда вон выходящим. Помню, Саша как-то заявил, что в его жизни не раз случалось, что он что-то начинал, а потом бросал, столкнувшись с труднопреодолимыми препятствиями. Я, естественно, среагировала: мол, если это так, зачем мы все это затеваем — у нас же тоже трудности будут, есть ли смысл начинать? Тут он тоже психанул: раз не имеет смысла, то сворачиваемся, я улетаю. Тогда я замяла разговор, хотя больше всего на свете хотелось ему врезать. Проделана такая работа, столько людей вовлечено: скидывались деньгами, помогали, — и тут на тебе, такие заявления.

Я проглотила это и стала думать: если бы я была на его месте, у меня была бы такая-то ситуация с родителями, такой-то опыт в жизни, как бы я себя повела? И поняла, что проблема заключается в том, что в его жизни до нашего проекта никогда не было такой масштабной поддержки и веры в него — у него просто нет такого опыта. Он выдает привычную реакцию на как бы похожую ситуацию, но ситуация-то уже другая!

Возможно, он услышал в моем голосе что-то, что заставило его задуматься: если он не потянет, от него опять откажутся и лишат его поддержки. Я улучила момент и поговорила с Сашей по душам, рассказала обо всем, что я почувствовала и подумала. И он подтвердил мои догадки, сказав, что прежде никогда так много незнакомых людей не делали что-то ради его мечты, не работали вместе с ним, не верили в него, и он привык готовиться к худшему, что в какой-то момент наш проект схлопнется, нам это надоест, и все.

И я выдохнула. Поняла, с какими вещами мне самой нужно работать, где быть мудрее и сильнее, ведь это еще и мой огромный тренерский рост. И работа пошла. У нас прекрасные результаты. В декабре на первом тесте мы пробежали километр, у него был высокий пульс, он задыхался. Я составила программу, он регулярно мне по ней отчитывается, снимает видео. Второй раз мы встречались в феврале, он пробежал уже 8 км (это результат за зиму! В Омске!). За два месяца с километра до восьми. И это даже не максимум, на который он способен, просто я осторожничаю. Мы продолжаем тренировки, чтобы подготовиться к осеннему марафону в Москве.

Ссылка на источник здесь.